Клипмейкер Леонид Колосовский: «Молодым группам нужно перестать наворачивать сценарии»

Клипмейкеры – люди, которые остаются за кадром. Их хорошо знают в среде музыкантов, но не слушателей. Но именно им многие группы и артисты обязаны значительной долей своей популярности.

В последнее время работа создателей клипов усложнилась. Теперь видео снимаются не только под телевидение, но и со ставкой на популярность в YouTube. Леонид Колосовский – человек, которому удалось преуспеть в обоих форматах. Именно он снял самый просматриваемый украинский клип – видео на песню Имя 505 группы Время и Стекло.

Сейчас Колосовский партнер Потапа и Ирины Горовой по студии MOZGI Production, которая занимается съемкой клипов не только для проектов MOZGI Entertainment, но и сторонних заказчиков. В общей сложности работы этого продакшна на YouTube просмотрели более 680 млн раз. Мы встретились с Леонидом, пообщались о его карьере, вирусности видео и о том, чего так не хватает молодым группам при съемках видео.

– Насколько я знаю, вы начинали как музыкант и композитор. Как так произошло, что вы начали снимать клипы?

– Переломный момент произошел во всей стране и во всем мире в 2008 году. Наступил кризис и с музыкальной карьерой стало сложно. Я искал временную подработку, пока музыка перестала приносить доход. Попал к Владимиру Якименко в Pistolet Film в качестве администратора на проектную работу. Так я впервые познакомился со съемками клипов изнутри. Когда я был музыкантом, мне снимали клипы, поэтому уже до этого я знал, что такое съемочный процесс.

– Каким был первый клип, который вы сняли как режиссер самостоятельно?

– Дио.Фильмы – Наоборот. Причем это была моя же песня, которую я им когда-то написал.

– А ваша группа еще существует?

– Нет. Я существую как автор. Иногда я дарю песни, иногда продаю. Пишу потому что не могу не писать. Но, к сожалению, чем выше поднимается моя карьера режиссера, тем ниже опускается моя карьера музыканта.

– В какой момент вы начали работать с MOZGI Production?

– Это произошло в 2011 году. Со времен Pistolet Film я успел поработать с несколькими режиссерами в качестве помощника и администратора. Работал продюсером на фрилансе. В общем, моя карьера развивалась довольно стремительно.

Потап на то время снимал клипы самостоятельно как режиссер. Ему был нужен администратор, который мог бы продвинуть эти съемки на новый уровень и помочь их организовать. Сначала я работал с ними на фриланс-основе как продюсер. Затем мы поняли, что вектор наших амбиций приблизительно одинаковый и решили открыть совместную компанию, которая бы занималась производством музыкального видео. В 2011 году это и произошло, мы открыли MOZGI Production.

– В одном из интервью вы говорили, что специализируетесь на видео под YouTube. А в чем принципиальная разница между клипом под ТВ и интернет?

– Я, наверное, не специализируюсь, а ориентируюсь на такое видео. Раньше было важно снять клип достаточного качества и антуража, чтобы его взяли на каналы. Это был основной критерий, которому следовали артисты при выборе режиссера. На сегодняшний день YouTube потихонечку убивает ТВ-пространство. Зритель молодеет.

В YouTube другие критерии. Видео в нем может быть не таким красивым, как под телеканалы, не настолько качественным в плане картинки. Но в нем должны быть некие хуки, зацепки, которые позволят удержать зрителя. В интернете мы ежедневно живем в непрекращающемся потоке информационного мусора. Открывая YouTube, у нас в рекомендациях будет не два-три, а сто клипов. Каждый день. Новых.

Поэтому наша задача – удержать внимание на видео. Вызвать реакцию «Ухты, интересно, посмотрю» или «Ухты, интересно, перепощу». Поэтому основные критерии – удержать, чтобы это было забавно, интересно и вызывало желание кому-то переслать посмотреть. Так набиваются миллионы просмотров.

При этом лично я нахожусь вообще вне этой культуры. Я только учусь. Иногда я смотрю суперпопулярные блоги и вообще ничего не понимаю. Мы, клипмейкеры, считаем, что мы творцы, что мы пытаемся донести какую-то идею, сказать что-то своим творчеством и не потерять в качестве. Используем дорогую технику, сотрудничаем с лучшими операторами, художниками по свету и так далее. А по итогу – не это важно. Порою оказывается, что чем абсурднее  – тем лучше.

Одна из причин,на мой взгляд, почему видео на Имя 505 собрало столько просмотров на YouTube – это то, что песня вирусная. И мне хотелось создать в клипе атмосферу цикличности. Это видео не несет сверхидеи. Это просто состояние. Иногда хочется подурачиться с друзьями – вот это состояние я и передал как режиссер. Это не просчитанный ход, а просто настроение. Его подхватили. Песня и видео – все удачно срослось.

– Вы ожидали такого успеха?

-Нет, вообще. Мы понимали, что это забавно. Мы все смеялись, когда его смонтировали. Мы добились того, чего хотели – это полная несуразица, совершенно не поддающаяся логическому объяснению. Это классно, нам так и хотелось. Но то, что это настолько понравится людям, мы не ожидали. Я предполагал, что песня «зайдет». Она же прилипает, и от нее невозможно избавиться. Вирус…

Вот вирус – хорошее слово для интернет-пространства. Все ждут вирус. На сегодняшний день, когда я предлагаю какие-то, на мой взгляд, глубокие идеи, люди отказываются. Они говорят: «Нет, ты не понял. Нам надо как в 505». Все ждут вируса. Это забавно, но хотелось бы выделяться не только этим.

– Лично мне показалось, что клипы Имя 505 и Имя 404, также как Навернопотомучто и На Стиле сняты по одному лекалу.

– У меня есть свое мнение на этот счет, и я не хочу, чтобы оно выглядело как оправдание. Существует определенная визуальная стилистика группы. Точно так же, как музыкальная. Слава богу, в случае с Время и Стекло, мы ее нашли. Мы 5 лет с ними работали, и они экспериментировали как молодой коллектив. Все время искали свой стиль в музыке, одежде и видеоклипах. Начиная с Имя 505 вырисовалась их индивидуальная, созданная командой, стилистика. Мне хотелось бы ей следовать.

Если ребята завтра выпустят абсолютно другое трек, который мы от них не ждем, я поменяю визуальный ряд. Но сейчас как режиссер я совершенно не вижу смысла в каких-то радикальных переменах. Это их стиль, его любят, ценят и ждут.

Мне, например, «404» нравится намного больше, чем «505». Он намного взрослее, стильнее, агрессивнее. Если «505» – это детская забава, то «404» – это претензия взрослых артистов. Просто стилистика выбрана та же. Мне иногда хочется пускать клипы в несколько серий. Иногда хочется увидеть это же, только под другим соусом. Так вышло с «404» – «505». Так же вышло с Навернопотомучто – На стиле. Это совершенно продуманный ход.

– Еще в одном вашем интервью вы говорили, что хейтеры – это хорошо. Мол, если они приходят в комменты – значит все вышло. Откуда такой пиетет?

– Нет ничего противнее, чем равнодушие. Мы часто шутим с командой – представь себе, ты в творческих мучениях, что-то придумываешь. Потом это готовишь, утверждаешь, идет долгий процесс поиска стилистики и реквизита. Строятся декорации, выбираются локации. Одежда, примерки. Снимаешь больше суток. Потом это монтируется. Проходит максимально сложный процесс. В итоге выходит клип и первый коммент – «норм клипчик»…

В этот момент могут опуститься не только руки. Любой «творческий стояк» может упасть. Когда ты выпускаешь клип – пускай будет разность мнений, но они будут. Хорошо когда либо очень не нравится, либо очень нравится. Но когда ты видишь 40 отзывов «ну нормально, чего… более-менее». Вот это хуже всего. Пускай лучше будет 40 000 дизлайков и комментарии о том, какое это говнище. Это хорошо. Значит клип обсуждают. Его так же расшарят, перепостят, кому-то покажут со словами «посмотри какой трэш».

– А вообще, у вас как клипмейкера, душа лежит больше к сюжетным клипам или атмосферным зарисовкам?

– Все зависит от трека. Мое творчество – вторично. Я получаю готовый продукт с массой смежных прав, и на этот продукт делаю еще один продукт. Да, есть мое личное мнение и видение трека и его визуального ряда. Но я все равно отталкиваюсь от песни и амплуа артиста. У него уже есть своя стилистика, какое-то позиционирование. В совокупности это порождает определенный визуальный ряд.

Если это исполнитель, которому можно сделать историю, я буду мыслить формами сюжетов. Если это танцевальная или атмосферная музыка, конечно, я больше представляю визуальный ряд как атмосферу. Ведь главная задача режиссера и даже клипмейкера – вызвать какую-то эмоцию у зрителя. Пускай ты говоришь ни о чем, но эта эмоция сопровождает весь видеоряд. И ты потом ассоциируешь эту эмоцию с этой музыкой и этим артистом. Получится это с помощью сюжета или визуального ряда – значения уже не имеет.

– Но при этом вы говорили, что ваш любимый клип – это сюжетный Бумдиггибай. Почему именно он?

– Там все сложилось. Там была правильная история, правильное трехактовое развитие. Там есть отличный визуальный ряд, прекрасная игра актеров, драма, саспенс, кульминация, развязка. Все четко разложено в плане драматургии. Ну и, конечно же, локация. Мы снимали на Кипре.

Там даже есть удачное переформатирование артиста. Потому что до этого клипа мы привыкли видеть Потапа и Настю другими. А что-то менять в таких случаях – очень опасно.

Я считаю, что это работа, которая у меня до конца получилась так, как я ее задумывал.

– Если говорить о бюджетах, молодая группа может обратиться к вам как клипмейкеру или все-таки не потянет?

– Конечно, может обратиться! А вот потянет или нет – это другой вопрос. (смеется – ред.) Я открыт к хорошей музыке и, пока что, для меня съемка клипов не просто работа. Я пытаюсь что-то сказать, чувствовать и доказать. Поэтому я готов работать бесплатно за идею и для развития хорошей музыки. Либо я буду работать за хорошие бюджеты, чтобы была возможность технически все хорошо сделать.

– Вот вы говорите «хорошая музыка». Потапа часто обвиняют в том, что он создает функциональный продукт и это не имеет ничего общего с хорошей музыкой. Какое ваше мнение по этому поводу?

– Потап создает продукт. И это самое главное. Давайте не забывать, что во всем мире существует культура и существует шоу-бизнес. Эти понятия нельзя путать. Творчество – это очень субъективное понятие. Мне нравится, тебе – нет. И наоборот.

Все зависит от культурного состояния нации. Если бы это было никому не нужно, оно бы не существовало. Я считаю, что он создает прекрасный продукт. Я бывал на концертах, некоторые из концертов Время и Стекло я делал. Я видел людей, которые подпевают этим песням и просят автографы и им это нравится. Это замечательный продукт и я не знаю, кто еще делает такой конъюнктурный хороший продукт в Украине.

– Когда мы говорим о том, что раз это нравится людям, значит это нужно, возникает вопрос воспитательной функции. Должны ли вы как клипмейкер, Потап как продюсер, пытаться воспитывать вкус у своей аудитории? Или это не ваша задача?

– Я уже говорил, что мое творчество вторично. Я пытаюсь следовать субкультуре трека. Любая музыка попадает в какую-то субкультуру. Есть рокеры, панки, рэперы, хипстеры и так далее. У каждой из этих субкультур существуют свои кумиры. Поэтому очень важно почувствовать эту субкультуру и развивать ее своей работой.

Я довольно универсален. Я чувствую музыку и пытаюсь анализировать, что люди конкретной субкультуры хотят видеть. Но есть ряд творцов (а не клипмейкеров, которые это делают на профессиональной основе), которые работают только с одним жанром. Вот им нравится рок-музыка и они будут только с ней работать. Они ее развивают, работают в ней. Но дай им, например, шансон, и они ничего не смогут с ним сделать.

– Есть клипмейкеры на которых вы ориентируетесь? Своего рода кумиры?

– Я неоднократно говорил о том, что мне нравятся клипы 90-х.

– Типа Аква-віта?

– Нет-нет, вы что… Я вообще не про украинские и не про пост-советское пространство. Я имею ввиду, например, Марка Романека, Юнаса Окерлунда и Дэвида Лашапеля. Я люблю их клипы. Это все работа на пленку. Там есть очень интересные мысли, причем даже не на то время. Прошло уже 20 лет, а ты все пересматриваешь и диву даешься «Как это круто!».

Я заметил, что тогда не было сюжетности. Она появилась где-то в середине 2000-х. До этого была эмоция и атмосфера. Поглощение было моментальное. Начиная от Nine Inch Nails того же Романека. Он эту жуть умеет передать так, что она и жуткая, и стильная. Заканчивая Майклом Джексоном. Совсем другой стиль, но очень эмоционально. И исключительно хорошо.

– Вы ощущаете сейчас конкуренцию на рынке клипмейкеров?

– Это очень странный вопрос. Мне не первый раз его задают. Наверное, существует внутренняя, мотивационная конкуренция. Вот кто-то выпустил классный клип, значит, я не хочу отставать. Но я всегда радуюсь успехам других клипмейкеров, даже которых я не знаю.

– Просто если начать искать про вас информацию в гугле, первые ссылки будут о том, что вы получили «Лучшего клипмейкера»…

– Опять будем говорить про Бадоева?

– … и обогнали Бадоева, да.

– У меня в любом интервью спрашивают про Бадоева…

Что значит обогнал? В прошлом году он, например, меня обогнал. Как можно неуважительно относиться к этому клипмейкеру? Он 15 лет этим занимается. Мне нравятся все его работы, которые я видел. У него действительно есть свой стиль, чувство и видение. Он как раз работает над эмоциями. Это круто, у него есть чему поучиться.

Просто по версии одного телеканала мы были в одной номинации и в том году мою работу посчитали лучше, чем те, которые снимал Алан. Вот и всё.

– Просто я не из вашей тусовки и мне, честно говоря, банально интересно как вы друг к другу относитесь.

– Клипмейкеры друг с другом практически не общаются. Мы ж не пересекаемся нигде. Вот операторы, художники, стилисты мигрируют от режиссера к режиссеру. С ними мы общаемся. А с другим клипмейкером мы можем встретиться разве что на какой-то премии и поговорить типа:

– Привет, я Леня Колосовский!

– Привет, я Алан Бадоев.

– Видел твою работу, прикольно.

– Я твою тоже видел, тоже ничего.

Вот как-то так. Мы не общаемся, не делимся идеями. Клипмейкеры – замкнутые люди.

– Вы бы хотели снять полнометражный фильм?

– Скорее да, чем нет. Но я почувствую, когда буду к нему готов. Полный метр – это уже не цацки. Когда ты берешься снимать кино, ты должен четко понимать, что ты хочешь сказать и как ты это скажешь. И это чувство, наверное, похоже на мысль «Я готов жениться». Тут так же – «Я готов снимать кино». Либо должна быть сильная идея, либо желание снимать такой силы, что ты уже не можешь с ним совладать.

– Вы смотрите клипы молодых украинских групп?

– Да, конечно.

– Какой бы вы могли дать совет молодым группам, которые пытаются себе самостоятельно что-то снимать.

– Не наворачивайте сюжеты. Это первый и самый главный совет. Даже при наличии очень хорошего бюджета, лучше снять в одной локации, но хорошо. Потратить время на подготовку, стиль, декорации, свет и сделать это классно.

Но многие мыслят сюжетно, и это ошибка. Объясню, кстати, почему так происходит. Описывать бессюжетный клип очень сложно. И продать его тяжело. Вот как думаете, как продать клип на «505»?

– Мне сложно представить, как выглядел сценарий.

– Вот и я об этом. Такие сценарии создаются очень сложно, долго, с поиском референсов, картинок, зарисовкой эскизов, детальным расписанием сцен. Все это для того, чтобы человек мог углубиться и сказать: «О, прикольно». Есть масса визуальных решений, которые тяжело описать. Это большая работа, которую нужно проделать до съемки.

А сюжетный очень просто. «Интерьер: она встает с постели, делает себе кофе. В комнату заходит мужчина. Мужчина говорит: «Я тебя больше не люблю!». Она начинает с ним ругаться…». Все начинают наворачивать сценарий при маленьком бюджете. И клип по-любому получается плохим. Потому что не хватает ни времени, ни сил, ни знаний, ни опыта, чтобы это сделать классно. Нужно больше работать до процесса.

– А что-то можете отметить за последний год-два?

– Мне понравился клип Bahroma. Я с Ромой давно знаком  и слежу за ними и все клипы до этого были как-то мимо. А тут прямо четко в его музыку и его стилистику. Очень понравилось.

Мне понравился Танцюй группы АНТИТIЛА. Но, конечно же, минус в том, что это вторично после Кружит MONATIK. Но в целом у них очень качает трек и прокачал клип.

– Кстати, на фоне успеха Кружит и многих ваших клипов мне показалось, что сейчас клипмейкеры отходят от тематики голых женщин, которые танцуют на фоне дорогих машин.

– Да, потому что всему свое время. Музыка поменялась, вкусы поменялись. Мы же все обезьянничаем. Мы все насматриваемся крутые клипы зарубежных режиссеров.

Но, что важно, я ежедневно смотрю телеканалы MTV, VH1 и так далее. Украинский визуальный ряд становится круче зарубежного. Музыка – нет.  А визуальный ряд гораздо круче.

– Хотелось вернуться к первоначальной нашей теме. Вот сейчас вы прекрасно понимаете, как работает индустрия и снимаете клипы, которые набирают десятки миллионов просмотров на YouTube. Имея нынешний опыт и связи, не хотели бы их использовать для запуска и развития своего музыкального проекта?

– Хотел бы.

– Почему тогда не делаете?

– Наверное, сейчас уже есть понятие какого-то дефицита времени. Я еще должен устояться как клипмейкер. Я слишком мало показал. Слишком мало сделал. Я хочу сделать сильный рывок, чтобы показать себя. А потом посмотрим.

Моя первостепенная задача сейчас – понять, смогу ли я меняться. Меняться под моду, под время, становиться адаптивным. Я не хочу останавливаться на том, что я вот так вижу и нашел определенные лазейки. Это меняющийся процесс, понятие depeche mode.

Фото: Юлия Вебер