1110x80

Шикарные альбомы ноября, которые вы могли пропустить

Автор: Артем Рисухин 9670

Мы знаем, что ноябрь истязал вас погодой, поисками стабильности в этом бушующем мире. В попытке спрятаться от рабочих будней, вы искали новую музыку. Находили не всегда то, что хотели. Довольствовались тем, что лежит на поверхности. Слушали то же, что и среднестатистический меломан по палате. А так много прекрасных релизов прошло мимо. Для нашей ежемесячной рубрики мы отобрали пять замечательных альбомов, которые вы могли пропустить. Настало время исправить эту досадную несправедливость.

Peter Broderick – All Together Again

Neo-classical / Ambient / Folk / Avant-garde 

MI0004331599

Пожалуй, единственно правильный способ отметить 10-летие музыкальной карьеры – выпустить новый альбом. Для американского композитора и мультиинструменталиста Питера Бродерика новая пластинка All Together Again стала непросто отчетным релизом. С момента выхода первого сольника в 2007, Бродерик успел поработать со множеством музыкантов (от Нильса Фрама до Efterklang), написать музыку к театральным постановкам, фильмам, уйме проектов, которые не поддаются классификации. В этой потрясающей масштабности, порой очень легко потерять целые куски неизданного творчества. Именно эти, почти утерянные работы, Бродерик и собрал воедино для All Together Again: от музыки к New York Fashion Week и свадьбам до саундтрека к прогулке катере по Босфору. Девять композиций, как дань сумасшедше плодотворной музыкальной декаде.

7,5/10

Один из главных элементов All Together Again, по словам самого Бродерика, полная музыкальная автономность. За десять лет творчества, Питер участвовал во множестве коллабораций, периодически возвращаясь к сольным работам – именно они и остаются костяком его дискографии. Например, на предыдущем лонгплее Бродерика Partners, он – один на один с фортепиано. All Together Again – мастер-класс музыканта по созданию не только минималистичных пейзажей, но и объемных инструментальных работ. Яркий пример – 17-минутная A Ride on the Bosphorus. Где-то между свадебными посвящениями (Emily и Our Future In Wedlock), эмбиент-фолком Seeing Things и монументальными полотнами (If I Were A Runway Model, Unsung Heroes) проходит центральная линия всего творчества Бродерика. All Together Again, пусть и не раскидывается широко в стилистических экспериментах, но лучше, чем какая-либо компиляция хитов ухватывает музыканта в его наиболее естественном свете.
Проблема All Together Again в ее разноплановости. Там, где концепт предыдущей пластинки Partners держал слушателя от первой до последней ноты, несмотря на ее нарочитый минимализм, новый альбом теряется в неоднородности. Все усугубляется монотонностью, которая, скажем прямо, довольно частый гость на работах Бродерика. И будь та самая неоднородность чуть ярче… Но в итоге, между свадебной сюитой на виолончели The Walk и плотным эмбиентом Unsung Heroes – пропасть, которую едва удается перепрыгнуть по вокальным трекам. All Together Again, составлен из разных кусков бумаги, что символично отображено на обложке альбома. В пространстве между ними и теряется слушатель.


Lost Bayou Ramblers – Kalenda

Cajun / Zydeco / Electronic

MI0004332665

На прошлой неделе каджунский ансамбль Lost Bayou Ramblers вошел в список номинантов на премию Grammy 2018. Каджунская музыка берет свое начало в балладах франкофонных канадцев 18 века региона Луизиана (не путать с одноименным штатом), который охватывал современную территорию центральной части США и юга Канады. Совершенно уникальный сплав европейской, африканской и коренно-американской музыкальных традиций.
Для луизианцев Lost Bayou Ramblers номинация на Грэмми вторая с 2007, когда комитет премии ввел каджунскую музыку в свои списки. Для группы эта номинация более чем заслужена – уже много лет Lost Bayou Ramblers остаются одними из самых ярких представителей жанра, одновременно углубляясь в столетние традиции, ловко разбавляя свингом, рокабилли и панком. Новый альбом Kalenda – это самая отдаленная точка музыкального путешествия Lost Bayou Ramblers, в которой пульсирующие паттерны электроники накатывают на традиционные каджунские ритмы.

9/10
Kalenda (или же Calinda) – народный танец, берущий свое начало в 18 веке на Карибских островах. Для Lost Bayou Ramblers – это неотъемлемая часть истории Нового Орлеана. Там, столетия назад, на одной из площадей (Congo Square), где рабам разрешалось танцевать, зародилась новая культура, из которой позже вырастет каджунская музыка. А еще позже – джаз. Новый альбом Lost Bayou Ramblers – это не просто ретроспектива, это попытка привнести почти утерянные части огромной культуры в новый век. Начиная с залихватской Sabine Turnaround и автобиографической Granny Smith, альбом проносится от традиционного инструментала во главе с аккордеоном и скрипкой, в завернутые в электронную аранжировку танцевальные номера на луизианском французском – Rice Pump. Lost Bayou Ramblers жонглируют не только электроникой, но и гитарными нойзовыми гитарными паттернами, и психоделией. Эмбиентоподобный заглавный трек альбома – его жемчужина. Он открывается архивной записью голоса некоего Вавассер Мутона, которая датируется 30-ми годами прошлого века. За шесть минут песни, Lost Bayou Ramblers вводят слушателя в состояние транса, настойчиво повторяющимся ритмом откатывают маховик времени в 18 век, рисуют племенные танцы, а затем отпускают в звуки дикой природы болот Нового Орлеана.
С момента основания, Lost Bayou Ramblers несли на вытянутых руках огромную эпоху. Не только как музыкальный продукт, но как передаваемое знание. Участники группы играли в ансамблях, которые основали их родители, а в вихре мелодий группы звучали музыкальные элементы песен начала прошлого века. Но при всем бережном отношении к традициям, Lost Bayou Ramblers прекрасно понимают, что перенести их в новые поколения можно только при помощи новых подходов и экспериментов. На Kalenda им это удается с лихвой. Лучший альбом группы.


Peter Oren – Anthropocene

Indie Folk / Americana / Blues

MI0004306141
С начала индустриальной революции 1780 года, человечество настолько сильно изменило окружающий нас мир, что ряд ученых-геологов называет геохронологическую эпоху, в которой мы живем – антропоценом. Питера Орена, сингера-сонграйтера из Индианы, душит и давит реальность, с растущим уровнем мирового океана, исчезновением видов и человечеством над пропастью. Дебютная пластинка Орена на мейджор лейбле – Anthropocene – это не просто остросоциальный музыкальный манифест, но попытка осознать собственную участь в этой новой эпохе.

7/10

Питер Орен – обладатель невероятно проникновенного баритона. Когда говорят о голосе, как инструменте, то это как раз тот случай. Именно благодаря ему, Орену удается захватить внимание слушателя полностью. Anthropocene начинается с неровного гитарного перебора и вокала Орена на Burden of Proof. Рассказы о бесконечной ночной дороге, потерянности и иронии христианских биллбордов. Уже на втором, заглавном треке Питер уходит от минималистичности гитарного инди-фолка к насыщенным аранжировкам. Гитарно-вокальная основа проходит сквозь весь альбом, качаясь от блюзовых паттернов к американе (Thrown Down, Picture From Spain). Anthropocene – монолог, который Орен ведет без спешки, редко выходя за пределы балладности. Он грамотно выстраивает драматургию каждого трека, обвивая все элегантными оркестровками и камерностью.
Как и любое произведение, в котором грань между активизмом и искусством слишком тонкая, Anthropocene периодически уходит в проповедь, как например на Chain Of Command. Орен вполне осознанно бросает в воздух идеи бунта против системы, пытается разбудить всех за минуту до катастрофы. Проблема лишь в том, что этого мало. Не в плане действия, но в плане подачи. Anthropocene слишком замкнутый, слишком рефлексивный. Даже в темах экологии и конца света. Это музыкальное полотно, которое, написанное прекрасно мрачными красками, не смотрится как призыв к действию. Альбом захлебывается в неспешности, и все, что остается – голос Питера Орена. Чарующий баритон, который звучит как музыкальный инструмент, но не как рупор.
 


Spinning Coin – Permo

Indie Pop / Alternative / C86

MI0004303402
В шотландских группах есть особое очарование. Уникальная способность рисовать музыкальные картины полные душераздирающего отчаяния, и тут же карабкаться вверх к самым светлым поп-трекам. Если в песок и шум, то как The Jesus and Mary Chain, если в искреннюю радость или теплую меланхолию, то как Belle & Sebastian. Если в психоделический рейв, то как Primal Scream.
В прошлом месяце небосклон шотландской инди-сцены осветила яркий дебютный альбом молодого квинтета из Глазго – Spinning Coin. Permo, спродюсированный именитым шотландским музыкантом Эдвином Коллинзом – это 14 песен, которые проносят слушателя по инди-поп орбите между темами эскапизма, социональной и политической напряженности, поисков себя.

7/10

За три года своего существования Spinning Coin обрели свой уверенный голос. Пусть в нем достаточно узнаваемы отсылки к джэнгл-попу 80-х и инди 90-х. На фоне десятков популярных групп, пытающихся возродить ретро-звучание, у Spinning Coin это получается без особых усилий. Более того, слишком свежо и цепко, чтобы мысли о вторичности перевешивали музыку. Творческая вселенная, в центре которой – контрастный дуэт сонграйтеров Джека Меллина и Шона Армстронга, который стилистически раскидывается от панкового драйва Tin и Sides до роскошных, дрим-поповых Metronome River и Floating With You. Посреди обманчивой, рефлексивной меланхолии вырастают животрепещущие темы, как например, в нойз-поп треке Starry Eyes, где Spinning Coin поют о жертвах правительственного режима.
Меллин и Армстронг, с подачи Коллинза, на протяжении всего альбома заигрывают с поп-музыкой, но вместе с тем углубляются в остросоциальную паутину. Это добавляет Permo многослойности, выделяет группу на фоне однообразного сборища коллег по цеху. Но между тем, та самая разница в музыкальном видении между жесткостью Меллина и атмосферностью Армстронга, рвет альбом на части. Словно на самой обложке, из ярких паттернов, Permo в итоге с трудом складывается в цельную картину. Он звучит по-естественному ностальгично, но теряет свое волшебство в попытке прыгнуть слишком широко.


Claro Intelecto – Exhilarator

Electronic/ IDM / Techno

r5727_1_or

Claro Intelecto, проект манчестерского электронного музыканта Марка Стюарта, всегда стоял особняком среди коллег по IDM и техно. С узнаваемым мелодическим почерком и дикой любовью к даб-техно паттернам, Марк удачно балансировал между радикальной андеграундностью и мейнстримовой доступностью. Настоящим прорывом для Claro Electro стал выход в 2012 году альбома Reform Club, на амстердамском лейбле Delsin. Потрясающие оркестровки, витиеватые текстуры и пульсация, пробирающая сходу. Редко отклоняясь от 4/4 и медленных ритмов, Стюарт ушел на новые глубины своего звучания, нисколько не пожертвовав танцевальностью. Спустя пять лет, Claro Electro представляет новый виток своей музыкальной эволюции – альбом Exhilarator.

8,5/10

Один из главных талантов Марка Стюарта – умение вести повествование в своих работах. Насколько бы разноплановой ни была пластинка, Стюарт четко выстраивает аранжировки и ритмическую основу, увлекает слушателя в путешествие от качающих танцпол треков к мрачным электронным пейзажам. На Exhilarator Стюарт достигает вершины своего мастерства в работе со звуком и пространством. Он из аритмии первого трека Sunshine находит гармонию, чтобы бесцеремонно задавить ее тяжелыми битами и басом Eye Spy. Из кислотного электро он бросает альбом на плато из зловещего индастриал эмбиента Slither – The Way Home. Exhilarator – контрастная, завораживающе красивая и увлекающе многослойная работа. Лучший альбом Claro Intelecto.
Пресс-служба лейбла заверяет, что для Exhilarator Стюарт добавил экспериментов и разнообразия в свой музыкальный концепт, сделав его менее нацеленным на ожидания слушателей. Отчасти, это правда: новая работа стала самой интересной и оригинальной за всю карьеру музыканта. Но при этом, сложно говорить о каком-то подходе «вопреки ожиданиям», Exhilarator стилистически продолжает курс, протоптанную его предшественником. На альбоме слишком много мелодических элементов, которые не новы ни для самого Claro Intelecto, ни для слушателей, полюбивших Стюарта за его связку эмбиента и “icy techno” (термин, который тянется за Марком с начала его карьеры).