YUKO: “Мы были как дети с индивидуальным образованием, которых свели вместе”

Дуэт YUKO – проект Юлии Юриной и Стаса Королева. Музыканты познакомились на 6 сезоне талант-шоу “Голос Країни”, а уже в декабре 2016-го выпустили дебютный сингл Хороша на лейбле Masterskaya. Сейчас на счету YUKO мини-альбом Shchebetuha (2017), треки Маша, Хороша и полугодовой опыт лайвов в дуэте. Накануне фестивального сезона, Юля и Стас рассказали LiRoom о создании проекта, будущем лонгплее, отношению к хитам, любви к YouTube, лейбле Masterskaya и многом другом. 

О создании дуэта YUKO

Юля: Я к Стасу подходила еще до прямых эфиров “Голоса”, проверяла почву. Хотела участвовать с ним в батлах, но не сложилось, нас развели с другими участниками.

Стас: Потом Юля успешно прошла, а я вылетел. И в момент размышлений над номером для прямых эфиров, прямо на съемочной площадке, то ли Юля Ване (здесь и далее – Иван Дорн, – прим. ред.), то ли Ваня Юле предложил сделать песню со мной. А до этого мне Ваня говорил: “Я убираю тебя из проекта как участника, но еще верну в качестве музыканта.”.

Юля: Получилось так, что мы встретились, больше недели делали номер, вышли на сцену. Случилась куча неполадок на саундчеке. Но в эфире все прошло очень классно. Скоро годовщина номера.

Стас: Ваня шел на “Голос” с целью найти артистов для будущего лейбла, но открыто никому об этом не говорил. Во мне он увидел музыканта, которого нужно с кем-то соединить. Сначала мы попробовали с Владиславом Каращуком, но ничего интересного не вышло. А потом возникла мысль “Может с Юлей?”.

Юля: А мне Ваня сказал – “А может со Стасом?”. Так мы собрались, включили диктофон, начали джемить и выдали три песни.

Стас: Ну как, это были заготовки для трех песен и мы подумали, раз так легко получается – надо делать. Собственно, после этого прошло полгода, мы в это время делали материал. А потом Ваня запустил свой лейбл и в декабре мы официально появились как группа YUKO.

О концертах, будущем альбоме и записи треков

Юля: Работа продолжается, сейчас мы делаем заготовочки для клипа, отсняли лайв в студии Istok, у нас началась подготовка к активному лету, потому что уже намечены концерты на май и июнь. Будем выступать на “Белых ночах“, еще на паре больших украинских фестивалей.

Стас: Кроме того, морально готовимся к записи лонгплея и сольному концерту. Это будет цельная история, а то сейчас мы попробовали то, попробовали это. Полноценный альбом – это веха. Сейчас все понемножечку от этого отходят, но я старомоден и считаю, что лонгплей просто необходим. Мы даже допускаем мысль, что он будет без песен, которые выпустили до этого. Кто знает, вдруг пойдет так, что у нас получится вообще новый звук.

Юля: Мы просто приходим на репетиционную точку, начинаем что-то играть, включаем диктофон и все. Каждый раз непонятно, что из этого всего получится. Иногда выходит три песни, иногда одна, либо получается Маша, которую мы вообще не планировали создавать. К нам должен был прийти Ваня и Манекен (Евгений Филатов – прим. ред.), чтобы послушать нашу программу. И буквально за пару дней до этого мы наджемили Машу. Они приходят, а мы такие “Ваня, мы сделали новую песню, слушай!”. И все, выпускаем сингл. Может, так получится и с новым альбомом. Поэтому мы не знаем, будем ли мы добавлять в него старые треки.

Стас: Чем больше мы об этом разговариваем, тем больше я боюсь. Пора уже завтра идти джемить.

Юля: Выпустить планируем осенью. Недавно обмолвились в интервью, что хотим успеть до конца весны, – это мы погорячились.

Стас: Сейчас у нас занятость гораздо больше, чем в том же марте или апреле. Теперь возникла куча других дел: там играть, там озвучить фильм, там пойти сымпровизировать на воркшопе. Поэтому сосредоточиться над работой в студии не так просто, как до вступления в активную фазу существования группы. Но это и к лучшему, так как мы сможем задействовать больше аудитории после того, как посветимся на фестивалях. Поэтому альбом – осенью, а после него сольный концерт.

О выступлении на #KISFF

Юля: Фестиваль короткометражек очень круто прошел. У нас, опять-таки, все получилось по какому-то волшебству.

Стас: Я набросал звуковую основу, мы сыграли ее два раза на саундчеке и все.

Юля: До этого даже не встречались, не репетировали.

Стас: Клево, когда так. Это означает, что все происходит ненатужно, естественно. Просто двух людей объединяет творчество. Я очень такому радуюсь.

Юля: Все получилось на одном дыхании. Мы включили короткометражку, Стас начал наигрывать. В какой-то момент я просто поняла, что “вот, нужно вступить”. И закончили буквально с титрами.

Стас: У нас была заготовка, но очень сырая.

Юля: Ну все равно. Ты же играл, я пела.

Стас (смеется): Так можно на все вопросы о нашем творчестве отвечать. “Ты играл, я пела.”. На самом деле, хотелось играть не 7 минут, а 37. Еще интересно было посмотреть, как другие ребята делают музыку под фильмы. То, как они подошли к этому. Кто-то просто сыграл песню, уложившись с таймингом в фильм. Это мне не очень нравится. А группа Сон Совы, к примеру, обыграла даже включение света в каждом окне в мультике. Вот это класс. Были парни, Ptakh_Jung, которые не могут ввиду стилистических особенностей делать такие акценты. Но они очень удачно выбрали фильм и полностью слились с его атмосферой.

Юля: А еще было классно выступать перед сидящим залом. Меня вообще вдохновило это пространство. У нас очень мало осталось таких помещений, в которых проводят подобные мероприятия.

Стас: Вот если с академическим оркестром будем делать выступление, возьмем сидящий зал.

Юля: Там такая атмосфера крутая, акустика.

Стас: Ты вот такой сидишь, зрители тоже сидят. И ты, как бы уже не главный, участвуешь в чем-то большом. Я думаю, стоит как-нибудь сыграть с оркестром. Или сыграть в оркестровой яме, а сверху балет.

Юля: Песня, которую мы играли на фестивале короткометражек, скорее всего, будет в новом альбоме.

Стас: Неизвестно, правда, в каком виде. Но будет. Она не такая как остальные. В ней немного от Джона Хопкинса (британский музыкант и саунд-продюсер – прим.ред). Там длинная гармоническая структура. Но вообще сложно объяснить, нужно слушать.

Об аудитории YUKO

Юля: На наши выступления ходят абсолютно разные люди. Например, в Алхимике у нас была аудитория от 16 лет, которую мы проводили под свою ответственность, до 40-летних людей, которые пришли специально на нас. Многие были со своими детьми, другие оставляли их на нянь. И матери, и их мужья, и взрослые люди, и подростки, и была даже компания нетрезвых азиатов, которые еле стояли на ногах.

Стас: Как и многие артисты, мы делаем серьезную ошибку с точки зрения бизнеса – не задаемся вопросом о том, кому мы поем. Но делаем это сознательно. Такой себе предохранитель от коньюктурщины. А еще очень не хочется быть группой одной песни и все время делать одинаковую музыку.

Юля: Что интересно, из всех наших шести песен, разная аудитория находит “свою любимую”.

Стас: По-моему, это победа.

Об отношении к хитмейкерству

Юля: Каждый в нашей музыке находит что-то свое. И это приятно. Мы не знаем как написать хит. Мы не хитмейкеры. У нас все зависит от настроения: хорошее – пишем что-то качевое, веселое, плохое – грустное, плаксивое.

Стас: Была мысль написать что-то такое, что зайдет. Но если на этом концентрироваться, можно потерять то, что уже умеешь делать естественным образом. Не надо специально стараться такое писать.

Юля: Когда ты садишься и думаешь, что нужно целенаправленно написать по какой-то конкретной схеме – получается нарочито и неинтересно.

Стас: Если можешь обойтись без этого, то куда ты вообще лезешь? Делай музыку. Например, когда мы сочиняли песню Маша, то нарочно сделали в конце кусок в другом стиле, чтобы не было так просто эту песню съесть. А еще потому что вот так чувствовалось. Трек начинается, потом уходит в какой-то хаус, потом вообще брейк странный, который никто никогда сюда не добавил бы. Мы подсознательно или сознательно пытались уйти от мейнстрима, с мыслью “ой, чет чересчур она заходит”. Так неинтересно.

Юля: Но, наверное, по структуре ближе всего к “хиту” получились песни Маша и Водубьору.

Стас: В Водубьору вообще длинная, грустная, лирическая сетка.

Юля: Такой танец сквозь слезы. Она грустная, но под нее хочется танцевать.

О фолке

Юля: Фолк пока что в нашей музыке остается как база. Но мы не зарекаемся. Потихонечку приходим к мысли, что где-то нужно досочинить. Например, с песней для фестиваля короткометражек я во время джема забыла оригинальный фолковый текст, а нужно было петь дальше. Смысл сохранился, но последние два или три куплета – это мной досочиненные слова. Но пока что базируемся на фолковых текстах, их много, они очень интересные.

Стас: Вообще, очень нравится быть причастным к теме, что “ты есть народ”. Понимание того, что это не только музыкальная составляющая, а и идеологическая, пришло потом.

Юля: Насколько бы не были старыми эти тексты и песни – они актуальны и сейчас.

О YouTube

Юля: Я, кстати, активный пользователь Ютуба. Очень радуюсь всему, что происходит. На фестивале “Дикая Мята”, где нас заявили, мы – одна из 7 групп, которых зашифровали в картиночках-ребусах для розыгрыша билетов. Еще одна группа в ребусе – это точно The Hatters, Шляпники. Очень крутая команда, напоминает Gogol Bordello. Я их слушаю, потому что они друзья Little Big, Эльдара Джарахова, этих всех ребят.

Стас (смеется): Но она еще и Sigur Ros слушает, если что.

Юля: В Украине начали делать что-то похожее на Versus Battle. Но как-то пока очень тяжко.

Стас: Круто, если бы это был реально фристайл. У нас есть люди, которые это делают очень клево.

Юля: Я недавно смотрела интервью Юры Дудя с Noize MC и мне хотелось плакать. Он когда пришел на батл, реально фристайлил. Получилось не очень и его смешали с дерьмом. Честно, за него больно, это было очень трогательно. Ты смотришь и у тебя ком в горле.

О лейбле Masterskaya

Стас: Masterskaya – это и лейбл, и помещение, и семинары, и воркшопы. Как лейбл – это отдельная группа людей, которые занимаются дистрибуцией музыки. Эти люди взаимодействуют с нами исключительно в вопросах выпуска музыки. Грубо говоря, мы приносим треки, а они занимаются из размещением на цифровых площадках, витринах, в СМИ.

Юля: Masterskaya – это идеи, люди.

Стас: Это наш менеджмент. Мы все активно взаимодействуем. В том числе Ваню можно и нужно называть частью Masterskaya, он ее идеолог и основатель. Он всегда слушает то, что мы собираемся выпускать, дает советы, отправляет на процесс доработки. Практика показывает, что Ванины советы правда работают. “Переделать песню в стилистике тустеп? А давай попробуем. Так, что такое тустеп?” – мы к таким вещам всегда относимся, как к вызову.

Юля: Как и ко всей своей деятельности. Мы учимся, не боимся пробовать. Можно даже проследить трансформацию наших песен. Яркий пример – Водубьору. На лайве Istok мы сыграли трек так, как придумали его изначально, а в EP Shchebetuha переписали в нем все, кроме парочки синтов.

Стас: В общем, Masterskaya – проект, в котором задействовано множество людей. Один человек просто не может реализовать все эти амбиции.

Юля: Это огромная машина, которая слаженно работает, но пока еще в тестовом режиме.

Стас: Когда появится само помещение – будет классная движуха. Там планируется большое количество аппарата, синтезаторы. Будут комнаты, где можно мастеринг делать, сводить. Представь, десять человек сидят в наушниках, делают музыку, а потом подходят друг к другу и советуются. Мне очень интересно.

Юля: Многие артисты присылают демо-записи. Их отслушивают и Ваня, и менеджмент, и музыканты.

Об участии в проекте LAYAH

Стас: Летом ко мне обратилась Яна (ex. Ева Бушмина, LAYAH – прим. ред.) с предложением сделать ей концертную программу. У меня был материал, я подтянул своих ребят и чуть позже пригласил и Юлю. Яна хотела большую группу, чтобы это не была певица Ева Бушмина и люди, которые просто отыгрывают на инструментах. Ей нужна была команда, которая сделает аранжировку, будет взаимодействовать на сцене.

Юля: Которая будет кайфовать во время выступлений. Музыка же красивая.

Стас: Я постарался собрать группу единомышленников. Играть большим составом, на самом деле, хочется. Это прекрасная возможность и опыт. Теперь периодически играем с Яной на концертах. Я чувствую в этом часть себя. Это большое удовольствие.

О работе в команде

Стас: Я недавно уезжал из города, только вернулся, чувствую, что немного оторвался от жизни. С одной стороны, это хорошо, с другой – ты ничего не контролируешь. Для меня это очень большая проблема, с которой я борюсь. Иногда нужно просто выдохнуть и сказать себе “Ты работаешь с классными людьми, они все сами могут и умеют. Че ты будешь лезть? Иди, Стас, музыку пиши!”. Но в последнее время мы с Юлей научились правильно взаимодействовать. Где-то сообща, где-то доверив друг другу какие-то сферы деятельности. В “доюковской” жизни я долгое время всем занимался сам и прийти к взаимодействию с единомышленником и доверию, которых подсознательно жаждал, было непросто.

Юля: Мы были как дети с индивидуальным образованием. Все время играли поодиночке, а тут нас свели вместе и мы такие “Что делать?”.

О критике других украинских музыкантов

Стас: Проблема в том, что круг общения в украинской музыкальной среде в Украине – довольно узкий. И когда ты хочешь сказать, что кто-то играет дерьмо, часто – молчишь. Потому что это может на тебе отразиться. Это не совсем правильно. Допустим, если это даже какой-то корифей, который начинает делать музыку менее крутую чем раньше – об этом стоит говорить. Чего мне опасаться? Я хочу быть честным. Но для этого нужно вырастить музыкальную сцену. Как количественно, так и качественно.

Юля: Тогда конфликты между музыкантами будут такими же эффектными как между Майли Сайрус и Ники Минаж.

Стас: Критика другого музыканта, особенно обоснованная, должна перестать быть чем-то плохим. Это мотивация делать иначе, лучше. Хотя, в первую очередь, важно делать круто свою работу. Менять украинскую музыкальную индустрию через собственную музыку.

Фото в материале: фейсбук YUKO
Фото на обложке: Евгения Люлько